Женщина в индийской деревне фотографирует увядающее растение. Она хочет узнать, что с ним не так, но не говорит по-английски — а весь полезный AI, включая поисковики, обучен именно на этом языке. Для неё технология попросту не существует.
Именно эту дыру закрывает Current AI — некоммерческая организация, которая с февраля 2025 года строит открытую, публичную AI-инфраструктуру. Один из первых результатов — Suno Sutra («хроники слушания» на хинди), карманное устройство, которое работает офлайн на 22 индийских языках. Разработали его вместе с Bhashini, языковым AI-подразделением индийского правительства. Устройство с открытым кодом — любой разработчик может взять его и построить что-то своё.
«В Индии сотни языков и диалектов, и сейчас AI их попросту не представляет», — говорит CEO Current AI Айя Бдейр. До этой роли она возглавляла AI-стратегию в Mozilla, а ещё раньше основала littleBits — компанию STEM-образования, которую в итоге купила Sphero.
Масштаб проекта впечатляет: французское правительство выделило $100 млн стартового капитала, к нему присоединились Ford Foundation, MacArthur Foundation, DeepMind и Salesforce. Суммарно набралось $400 млн обязательств. При этом Бдейр подчёркивает важную деталь — это не инвесторы, а именно доноры, без ожидания прибыли.
Проблема, которую решает организация, звучит просто и жёстко: сейчас каждая крупная AI-система — от OpenAI до Google и Anthropic — принадлежит частной компании. «Если AI действительно меняет каждый аспект жизни каждого человека, должна существовать публичная альтернатива, — говорит Бдейр. — Как Всемирная паутина: доступная любому и бесплатно».
Половина языков мира находится под угрозой исчезновения. А поскольку крупные языковые модели обучены преимущественно на английском, огромный пласт языков — а вместе с ними культур и сообществ — остаётся за бортом технологического прогресса. Когда Бдейр спросили про мультиязычные усилия Big Tech, она провела чёткую границу: «Большие технологические компании строят мультиязычные модели ради расширения рынка, вне зависимости от согласия или контекста». Пример из практики: переводы Библии миссионерами становятся тренировочными данными для языков коренных народов ещё до того, как сами сообщества успевают установить какие-либо правила.
Язык здесь — не просто набор слов. «Это то, как знание, традиция, память и идентичность передаются из поколения в поколение. Если технология не говорит на твоём языке, она не может удержать и твою культуру», — объясняет Бдейр.
Первый раунд грантов — $3.2 млн — уже распределён между четырьмя организациями в Кении, Ливане и бразильской Амазонии. Masakhane в Кении собирает AI-датасеты на более чем 50 африканских языках для медицины, сельского хозяйства и образования. Ливанский Institute for Worldmaking оцифровывает арабское культурное наследие в базы, которыми управляют сами сообщества, а не технологические компании. Бразильский Portal sem Porteiras строит офлайн-инструменты вместе с коренными народами Амазонии, оставляя данные внутри территории. А African Internet Rights Alliance в Кении разрабатывает инструменты аудита, чтобы привлекать AI-системы к ответственности по всему континенту.
Вопрос о том, кому принадлежат данные, Бдейр не обходит стороной: «Существуют разные модели владения данными в разных сообществах, но одно точно — этим не должна распоряжаться компания из Кремниевой долины, которая обогащает пару тысяч человек». Подход организации — хранить модели и данные локально, привлекать экспертов из сообществ ещё до начала разработки и встраивать протоколы согласия так, чтобы сообщество могло остановить процесс на любом этапе.
Ни один из грантополучателей пока не решил проблему владения данными полностью — и, по мнению Бдейр, в этом и суть. «Каждый из них встроил этот вопрос в свою работу, вместо того чтобы принять привычный сценарий, где сложность становится оправданием для того, чтобы правительство или технокомпания решали всё за всех».
А как насчёт масштаба при бюджете в $3.2 млн на четыре организации? «Масштаб — не всегда мера успеха. Это парадигма Big Tech, — отвечает Бдейр. — Успех может выглядеть как пожилой человек из бразильской Амазонии, использующий инструмент, созданный в Кении, чтобы передать экологические знания на своём языке».
В начале месяца в Женеве, на саммите AI for Good, Current AI представила ещё один кирпич в фундамент — открытый чат-бот Alpha Chat, собранный за семь недель коалицией из десяти организаций, включая Hugging Face, Mozilla и MIT Media Lab. Каждый участник добавил свой элемент: языковую модель, инструменты безопасности, вычислительные мощности. Параллельно организация заключила соглашение с токийским стартапом Sakana AI, известным работой над концепцией Sovereign AI — суверенного искусственного интеллекта. Вместе они планируют построить открытый стек, поддерживающий японский язык и культуру, а заодно сообщества Global South, которые доминирующие AI-системы годами игнорировали.
Во что углубиться:
- Sovereign AI и Sakana AI: что означает концепция «суверенного искусственного интеллекта» и зачем она нужна странам вне США и Китая
- Вымирание языков и цифровая лингвистика: почему половина языков мира под угрозой и как технологии могут как ускорить, так и замедлить этот процесс
- Public-private partnership в технологиях: как государства, фонды и компании совместно финансируют инфраструктуру общественного блага